Эта статья входит в число избранных

Читающая Магдалина

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Стабильная версия, проверенная 31 декабря 2023.
Перейти к навигации Перейти к поиску
Рогир ван дер Вейден
Читающая Магдалина. Ок. 1435—1438
англ. The Magdalen Reading
Дерево, масло. 62,2 × 54,4 см
Лондонская национальная галерея, Лондон
(инв. NG654)
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

«Чита́ющая Магдали́на»[1], или «Чита́ющая Мари́я Магдали́на»[2] (англ. The Magdalen Reading), — наиболее известный из трёх сохранившихся фрагментов утраченной алтарной композиции Рогира ван дер Вейдена. Созданная около 1437 года для одной из брюссельских церквей, она представляла собой изображение Девы Марии с Младенцем и святыми. Мария Магдалина, отождествляемая в западной традиции одновременно с Марией из Вифании и с безымянной грешницей, совершившей помазание Христа, изображена отрешённой от мира и погружённой в чтение священной книги. О её прежней жизни напоминают богатые одежды, в частности, украшенная драгоценными камнями юбка из золотой парчи; с их роскошью контрастирует скромный головной убор, чья своеобразная форма должна, по-видимому, напоминать о восточном происхождении святой. Рядом с сидящей Магдалиной находится её традиционный атрибут — алебастровый сосуд с миром.

В XIX веке изображение было переведено с оригинальной дубовой доски на основу из красного дерева; тогда же фон был полностью записан коричневой краской. С 1860 года «Магдалина» находится в собрании Лондонской национальной галереи; в 1950-х годах была предпринята реставрация, раскрывшая оригинальный красочный слой. После этого стало возможным установить общность лондонского фрагмента и двух других из собрания лиссабонского Музея Галуста Гюльбенкяна, которые, по-видимому, принадлежали к той же утраченной композиции. Предположительная реконструкция недостающих частей была осуществлена на основе рисунка XV века из собрания Национального музея Швеции.

Иконография и композиция

[править | править код]

«Читающая Магдалина», созданная в 1430-х годах и относящаяся к раннему периоду творчества Рогира ван дер Вейдена, представляет собой фрагмент несохранившейся алтарной композиции, изображавшей Деву Марию с Младенцем и святыми[3][4].

В западноевропейской традиции Марию Магдалину принято отождествлять одновременно с Марией из Вифании, сестрой Марфы и Лазаря, и с безымянной грешницей, умастившей миром ноги Христа[5][6]. В изобразительном искусстве сложилось несколько иконографических типов изображения святой, среди которых наиболее распространён образ грешницы, обратившейся на путь спасения и покаяния[7][8][6]. В работах Рогира ван дер Вейдена образ Марии Магдалины получает многогранную трактовку: Лорн Кэмпбелл[англ.], специалист по творчеству мастера, пишет, что «… ни один ранненидерландский художник не писал её так часто и так разнообразно, как Рогир»[9]. Историк искусства Дайана Апостолос-Каппадона отмечает, что ван дер Вейден первым изобразил Марию Магдалину за чтением, заложив тем самым новую традицию в искусстве Северного Возрождения, которую восприняли, в частности, Амброзиус Бенсон, Адриан Изенбрант и Мастер женских полуфигур[10][11]. В христианской символике книга — один из атрибутов отшельничества (представление о Марии Магдалине как об отшельнице восходит к «Золотой легенде» Иакова Ворагинского); кроме того, она ассоциируется с молитвенной созерцательностью, традиционно приписываемой Марии из Вифании[12][9].

Лик читающей Магдалины

В композиции 1430-х годов Мария Магдалина с книгой в руках сидит на лежащей на полу подушке, прислонившись спиной к деревянному резному комоду[3][2] или буфету[13]. Рогир ван дер Вейден следовал традиции изображать святую в богатых одеждах, что должно было напоминать о её прошлой жизни в роскоши и суете[10][14]. Его Мария Магдалина одета в платье, какие могли носить современницы самого художника; перехваченное в талии узким тёмно-синим поясом с золотой отделкой, оно ниспадает широкими свободными складками[3][15][16]. Зелёный цвет одеяния, по мнению Маргарет Скотт, специалиста по истории костюма, может символизировать надежду[9][К 1]. Нижняя юбка из золотой парчи отделана жемчугом и драгоценными камнями; подол и рукава платья оторочены мехом[15][18]. Мех, традиционно ассоциировавшийся с женской чувственностью, нередко присутствует в изображениях Марии Магдалины[19], однако, как предполагает Скотт, в «Читающей Магдалине» его символика может быть прямо противоположной, поскольку во времена ван дер Вейдена ношение серого беличьего меха было прерогативой женщин респектабельных[20]. Если чаще всего святую изображали с распущенными непокрытыми волосами, то у читающей Магдалины её длинные, ниспадающие на плечи волосы полускрыты скромным белым покровом, приличествующим её нынешнему благочестивому занятию[14][15]. Маргарет Скотт указывает на сходство этого своеобразного плата, гофрированного по краям, с аналогичным покровом Марии Магдалины в рогировском «Снятии с креста» (ок. 1435—1440): на её взгляд, сами по себе подобные головные уборы характерны для XV века, однако повязаны они в обоих случаях так, что напоминают тюрбан, — в соответствии с восточным происхождением святой[21][К 2]. Лорн Кэмпбелл, напротив, находит убор читающей Магдалины весьма отличным от покрывал, которые носили современницы ван дер Вейдена; по его мнению, он в большей степени отражает представления самого художника о том, чем могли покрывать голову женщины библейских времён[16].

Сосуд с миром

На полу по левую руку от Магдалины стоит алебастровый сосуд с миром: традиционный атрибут святой. Отбрасываемая им тень касается кончика пояса, украшенного золотом и жемчугом, чья роскошь подчёркивает строгую простоту этого предмета-символа. Белый цвет алебастра перекликается с белизной головного убора и ткани, в которую обёрнута книга; пятна белого, образуя легко читаемый треугольник, придают композиции целостность и смысловое единство[3][22][13].

Книга в руках Магдалины

Книга, в чтение которой погружена Магдалина, может быть Библией[3][К 3] или часословом, который в Средневековье часто использовался для домашней молитвы, в том числе женщинами[23]. На раскрытой странице хорошо виден написанный в две колонки текст с большими цветными инициалами. Книга богато украшена: обрезы[К 4] позолочены, а переплёт не только снабжён золотыми застёжками, но и обёрнут специальной тканью, служащей для его защиты[3]. При увеличении различимы разноцветные (красная, синяя и две зелёные) закладки в виде нитей, прикреплённых к золотому стержню у корешка, и тонкая красная разлиновка внутри рукописного текста[25][16]. Текст на развороте манускрипта воспроизводит общие очертания рукописных строк, однако в целом нечитаем; различимы лишь буквицы D и A[13].

Склонённая над книгой фигура Марии Магдалины как бы вписана в полукруг, что подчёркивает её отобщённость от всего, что её окружает, и обращённость её помыслов к евангельским истинам[26][15][К 5]. Держа раскрытую книгу на весу, Магдалина словно бы устремлена ей навстречу; её взгляд опущен, а пальцы вот-вот перевернут страницу[27]. По словам Н. М. Гершензон-Чегодаевой, Рогир ван дер Вейден «…показал в ней человека, отрешённого от мира, глубоко погружённого в чтение священных слов, сосредоточенного на своей внутренней жизни»[1]. Тонкие и нежные, овеянные лёгкой грустью черты её лица отражают представление художника о «вечной, нетленной красоте»[1].

Пейзаж на заднем плане

Поскольку «Читающая Магдалина» — фрагмент большой композиции, в её изобразительном поле присутствуют части других фигур. Мужской персонаж на заднем плане — Святой Иосиф (см. раздел «Реконструкция»[⇨]); коленопреклонённая фигура в красном — Иоанн Евангелист[3]. Иосиф, одетый в красное и синее, держит в руках посох и янтарные[13] (или хрустальные[28]) чётки, чья символика перекликается с отрешённой сосредоточенностью Магдалины[29][15]. На буфете стоят три предмета, от которых сохранилась лишь нижняя часть; возможно, они представляли собой золотую шкатулку (слева со стороны зрителя), деревянный ларчик (правей) и золотой кубок (с края)[13]. Из окна в глубине комнаты виден пейзаж с деревьями и извилистой речкой. На ближнем берегу арбалетчик в тёмно-синем плаще и красном головном уборе целится из арбалета; по дальнему берегу идёт мужчина в чёрном и красном, несущий на плече привязанный к палке узелок. За ним следует женщина в белой накидке поверх красного платья и в чёрной шляпе, также с узелком в руке; её силуэт отражается в подёрнутой рябью воде[3][13].

Чётки Иосифа

Внимание Рогира ван дер Вейдена к деталям и склонность к скрупулёзной их проработке в полной мере проявились в «Читающей Магдалине». Исключительно тщательно выписаны элементы одежды с их разнообразной текстурой («скульптурные» складки платья, меховая оторочка и т. п.) и части книжного переплёта, при том что многие подробности, включая изображение геральдической лилии размером в один миллиметр на правом башмаке лучника, не могли быть непосредственно воспринимаемы зрителем[3][2][30]. С большой тонкостью и реалистичностью передана игра света на поверхностях разной фактуры: так, на парчовой юбке Магдалины светотеневые контрасты создают впечатление рельефности узора; блеск украшающих подол сапфиров и жемчугов подчёркнут яркими бликами; в каждой бусине чёток святого Иосифа — такой же сияющий блик[31]. Некоторые области и детали, в том числе деревянный комод (за исключением металлических креплений его дверцы) и шляпки вбитых в пол гвоздей, прописаны менее тщательно и могут быть работой не самого ван дер Вейдена, а кого-то из его мастерской[3][32]. В художественном отношении трактовка образа святой, по словам Н. М. Гершензон-Чегодаевой, «не свободна от архаизмов», однако традиционные средства выражения служат в ней новым целям: так, «в „готических изломах“ складок рукавов и широкой юбки как бы нашла себе проявление скрытая внутренняя напряжённость образа», а руки Магдалины, «повторяющие очертания рук готических мадонн, своей одухотворённостью подкрепляют характеристику лица»[1]. Лорн Кэмпбелл, отмечая пленительную красоту и непревзойдённое техническое совершенство «Читающей Магдалины», видит в ней один из шедевров живописи XV века[33].

История и провенанс

[править | править код]
Флемальский мастер. Благовещение (фрагмент). Ок. 1415—1425. Дерево, масло. Брюссель, Королевские музеи изящных искусств

Точная дата создания алтаря, фрагментом которого является «Читающая Магдалина», неизвестна, как неизвестно и его первоначальное местонахождение[3][34]. Предположительно он был создан вскоре после того, как в 1435 году ван дер Вейден переехал в Брюссель и начал получать первые заказы, в том числе на алтарь для одной из городских церквей[3]. В таком случае эта сложная многофигурная композиция должна была стать одной из наиболее значительных работ художника в первые годы его творческой самостоятельности[35].

Лорн Кэмпбелл считает, что, в частности, описанный образ Марии Магдалины сложился под влиянием фигуры Девы Марии из брюссельской версии «Благовещения» (центральной части «Алтаря Мероде», ок. 1427—1432) Флемальского мастера[36][37]. В сцене Благовещения евангельская сцена также перенесена в интерьер, воспроизводящий нидерландское жилище XV века, а фигура Марии вписана в такой же символический полукруг, подчёркивающий её отрешённость и погружённость в чтение[36].

Робер Кампен. Правая створка Алтаря Верля[англ.]. 1438. Дерево, масло. Мадрид, Прадо

Историк искусства Джон Уорд, детально изучавший сохранившиеся фрагменты алтаря ван дер Вейдена, отмечает композиционную и стилистическую близость «Читающей Магдалины» к одной из работ Робера Кампена, у которого учился сам Рогир, — так называемому «Алтарю Верля[англ.]», датируемому 1438 годом. Так, святая Варвара, изображённая на правой створке алтаря, имеет несомненное сходство с Магдалиной ван дер Вейдена. На этом основании Уорд предполагает, что обе работы создавались приблизительно в одно время, и называет в качестве ориентировочной даты создания вандервейденовского алтаря 1437 год[38]. По мнению Кэмпбелла, Магдалина ван дер Вейдена послужила прообразом святой Варвары Кампена (но не наоборот, ввиду несомненного художественного и технического превосходства работы ван дер Вейдена) и, соответственно, была создана ранее, то есть до 1438 года[36][33][К 6]. На сайте Лондонской национальной галереи, где в настоящее время находится «Читающая Магдалина», указана такая же приблизительная датировка — «до 1438 года»[3]. Немецкий историк искусства Штефан Кемпердик, напротив, убеждён, что в «Читающей Магдалине» всё свидетельствует о том, что она возникла позднее «Алтаря Верля»[39]. Анализируя особенности её композиции, он, в частности, отмечает некоторую неестественность позы святой: она сидит на полу, однако её ноги согнуты таким образом, как если бы она, подобно Варваре Кампена, сидела на скамье; положение подушки также не соответствует положению корпуса сидящей; наконец, создаётся впечатление, что она не опирается на стоящий за её спиной буфет, а находится на некотором расстоянии от него. По мнению Кемпердика, эти и другие детали означают, что именно ван дер Вейден взял за основу образ святой Варвары Кампена и, перенеся его в свою композицию, не до конца адаптировал к иному пространственному окружению[40]. Обращаясь к другому сохранившемуся фрагменту алтаря, частью которого была «Читающая Магдалина» (см. раздел «Реконструкция»[⇨]), Кемпердик останавливает внимание на особенности внешности изображённой на нём святой Екатерины. Мода на высоко выбритый лоб, по всей видимости, повлиявшая на этот образ, распространилась лишь в конце 1440-х годов; отсюда Кемпердик заключает, что «Читающую Магдалину» следует датировать серединой XV века[41]. Бельгийский историк искусства Дирк де Вос[англ.] также придерживается мнения, что принятая в большинстве источников более ранняя датировка ошибочна и что алтарь с читающей Магдалиной был создан около 1445 года[42].

Неизвестно, когда и при каких обстоятельствах алтарь был разделён и распродан по частям[43]. Лорн Кэмпбелл полагает, что причиной распила оригинальной доски могли стать повреждения, нанесённые — если верно то, что алтарь создавался в Брюсселе, — в период иконоборческих волнений XVI века либо во время обстрела Брюсселя[англ.] французскими войсками в 1695 году. Вместе с тем фрагмент с читающей Магдалиной не обнаруживает никаких следов намеренных или случайных повреждений; возможно, эта часть алтаря осталась нетронутой[33].

Провенанс «Читающей Магдалины» прослеживается лишь с XIX века, когда в 1810 году она была выставлена на аукцион при распродаже в Амстердаме любительской коллекции некоего Кассино[44]. Работу приобрёл торговец и знаток искусства Иеронимо де Врис[фр.] (Jeronimo de Vries, 1776—1853); затем в следующем, 1811 году в Гарлеме она вновь была выставлена на аукцион, на этот раз в составе коллекции Абрахама Верманде (Abraham Vermande) под названием «Читающая женщина», и в каталоге приписывалась кисти Лукаса ван Лейдена[44][29][45]. Произведение было выкуплено владельцем, а затем частным образом перепродано известной гарлемской собирательнице предметов искусства Марии Хофман[англ.] (Maria Hoofman, 1776—1845). Сразу после её смерти «Магдалину», в числе прочих предметов собрания, выкупили торговцы искусством братья Ньивенхёйс (Nieuwenhuys)[45]. Впоследствии (точная дата неизвестна) она попала к парижскому коллекционеру Эдмону Бокузену (Edmond Beaucousin, 1806—1866)[29][45]. В 1860 году Чарльз Локк Истлейк приобрёл коллекцию Бокузена, включая «Читающую Магдалину», для Лондонской национальной галереи[46]. Тогда же фрагмент алтаря был атрибутирован Рогиру ван дер Вейдену[47][48]. В 1889 году произведение переатрибутировали как работу школы ван дер Вейдена; кроме того, выдвигались предположения о его принадлежности Флемальскому мастеру или кому-то из учеников Кампена[48][49]. Однако, поскольку большинство экспертов (включая М. Фридлендера, Э. Панофского, Ф. Винклера[англ.] и др.) придерживаются первоначальной атрибуции ван дер Вейдену, в настоящее время она считается общепринятой[48][49][38].

«Читающая Магдалина» до реставрации. Фотография 1930-х годов

В начале XIX века фон лондонского фрагмента был полностью записан коричневой краской[3]. Кэмпбелл предполагает, что причиной этому могла быть начавшаяся в XVIII веке утрата интереса к искусству ранних нидерландцев: пользовавшееся популярностью у коллекционеров вплоть до XVII века, к этому времени оно вышло из моды. В таком виде фрагмент алтарной композиции мог сойти за самостоятельную жанровую сцену кого-то из голландских художников XVII века, что повышало шансы привлечь к нему внимание собирателей живописи[50]. Кроме того, в XIX веке изображение было переведено на доску из красного дерева (вест-индийского махагони[16]); по всей видимости, это было сделано после 1830 года, о чём говорит присутствие в нижнем слое грунта синтетического ультрамарина. Оригинальная основа, судя по другим сохранившимся фрагментам алтаря, представляла собой дубовую доску[51].

Фрагмент триптиха «Семь таинств». В левом нижнем углу — фигура читающей Магдалины

В 1955—1956 годах была предпринята реставрация, в ходе которой удалось удалить позднюю запись, раскрыв оригинальный красочный слой; по большей части он был в хорошем состоянии, не считая незначительных утрат в области рук, левого рукава и нижней юбки[3][52][16]. Исследование памятника в инфракрасных лучах позволило увидеть подготовительный рисунок на верхнем, авторском слое грунта (сохранившемся при переводе на новую основу), выполненный с большой свободой, уверенностью и мастерством. Судя по тому, что расхождения между рисунком и живописным изображением незначительны, композиция была предварительно полностью разработана в графических эскизах, причём, по всей видимости, эскизы отдельных фигур могли использоваться как самим Рогиром, так и художниками его мастерской при создании других работ[3][53]. Так, фигура читающей Магдалины (существенно изменённая и представленная в зеркальном отражении) присутствует на правой створке алтаря «Семь таинств[англ.]», созданного в 1445—1450 годах. Кроме того, определённое сходство обнаруживают черты лица читающей Магдалины и двух мадонн ван дер Вейдена: так называемой «Мадонны в красном[англ.]» (ок. 1435—1438) и Девы Марии, изображённой на левой створке «Алтаря Мирафлорес[англ.]» (ок. 1435—1445)[53].

Предполагаемая реконструкция

[править | править код]
Внешние изображения
Реконструкция алтаря, предложенная Мартином Дэвисом (1971)

Гипотеза о том, что «Читающая Магдалина» могла быть частью более масштабной композиции, выдвигалась ещё до того, как была осуществлена реставрация; её подтвердили рентгенографические исследования, позволившие получить общее представление о характере интерьера и фрагментах других фигур. Однако лишь расчистка фона, выявившая все подробности изображения, дала возможность соотнести «Магдалину» с другими сохранившимися фрагментами алтаря[4][54][55]. Одним из первых попытки восстановить утраченную композицию предпринял в 1950-х годах историк искусства Мартин Дэвис[англ.][52][55]. В 1971 году Джон Уорд опубликовал в The Art Bulletin статью «A Proposed Reconstruction of an Altarpiece by Rogier Van der Weyden»; развив и дополнив выводы, сделанные Дэвисом, он предложил собственный вариант реконструкции целого[56]. Предложенную им версию впоследствии поддержал, с частичными доработками, Лорн Кэмпбелл[49].

Мастер кобургских тонди. Дева Мария с Младенцем и святыми. Конец XV века. Бумага, тушь. 22,5 × 16,7 см

В настоящее время принято считать, что «Читающая Магдалина» представляла собой правую нижнюю часть большого (по разным предположениям приблизительно 150 × 90 см[57], 150 × 100 см[58] или 160 × 100 см[55]) алтарного образа, изображавшего Деву Марию с Младенцем и святыми (так называемое «Святое собеседование»)[3][55][К 7]. В стокгольмском Национальном музее хранится рисунок, который, возможно, даёт частичное представление о том, как выглядел утраченный алтарь[К 8]. Его автором, по одной из версий, мог быть нидерландский художник XV века, известный как Мастер кобургских тонди[англ.]; по другой — кто-то из мастерской Мастера Жирара Руссильонского[англ.]: художника-иллюминатора, который был активен в Брюсселе в середине XV века[61]. Рисунок предположительно является копией алтарной композиции ван дер Вейдена[52][62], хотя неизвестно, копировался ли непосредственно оригинал или это была копия с копии[61]. Помимо этого рисунка, ставшего основой для реконструкции целого, в собрании лиссабонского Музея Галуста Гюльбенкяна находятся два фрагмента, которые с уверенностью могут быть отнесены к той же композиции, частью которой была «Читающая Магдалина»[52][29].

На стокгольмском рисунке изображена Дева Мария с Младенцем Христом на коленях, сидящая перед камином на деревянной скамье[29]. Справа — коленопреклонённый Иоанн Евангелист; в руках у него чернильница и раскрытая книга, в которой пишет Младенец (вероятно, аллюзия на богодухновенность Евангелия)[63][62]. Слева — Иоанн Креститель, также с книгой в руках, и неизвестный епископ, воздевший руку в благословляющем жесте[3][52][62]. Пространство вокруг — не храм, а домашний интерьер (изображение сакральных сцен в подобной камерной обстановке было характерно для Робера Кампена)[59][57]. Фигура Марии находится не строго по центру, что заставляет исследователей видеть в рисунке изображение не всей композиции, а лишь её части[62]. Кроме того, между фигурами Иоанна Крестителя и епископа имеется зазор, в котором угадываются едва намеченные очертания ещё одного персонажа[63][60]. Фигура Магдалины на стокгольмском рисунке отсутствует, однако при его сопоставлении с лондонским фрагментом очевидно, что поза коленопреклонённого Иоанна и положение скамьи, на которой восседает Мария, соответствуют взаимному расположению деталей в «Читающей Магдалине»: босой ноги, фрагментов красной мантии и деревянной конструкции на заднем плане у окна[64][29][60]. Уорд отмечает некоторое несоответствие пропорций и подчёркивает, что стокгольмский рисунок передаёт лишь общий характер композиции, допуская ряд неточностей в расположении персонажей относительно деталей фона[65]. Историк искусства Стефани Бак (Stephanie Buck) также отмечает эскизный характер, неравномерную проработанность и явную незавершённость рисунка[66]. Тем не менее на его основе возможно заключить, что фрагмент с Магдалиной и Иосифом находился в правой части алтарного образа[65][3].

Голова Иосифа (фрагмент). 21 × 18  см. Музей Галуста Гюльбенкяна
Голова святой Екатерины (фрагмент). 21 × 18  см. Музей Галуста Гюльбенкяна

После реставрации «Читающей Магдалины» Мартину Дэвису удалось установить соответствие между фрагментом мужской фигуры на заднем плане и головой святого из собрания Музея Галуста Гюльбекяна: при совмещении оба изображения точно совпадают и дополняют друг друга[67][68]. Дэвис предположил также, что этот мужской персонаж может быть святым Иосифом: хотя чётки не входят в число канонических атрибутов святого, исследователь приводит ряд картин, в которых тот изображён с чётками[69][65]. Иосиф ван дер Вейдена безбород; из-под его высокой шапки виднеются редкие седые волосы; в оконном проёме за его спиной виден фрагмент пейзажа с облачным небом и церковью[29]. По всей видимости, его фигура развёрнута в сторону Мадонны (согбенная поза одновременно указывает на преклонный возраст и выражает благоговение), и взгляд обращён к Ней[28].

В собрании лиссабонского музея имеется ещё одна работа ван дер Вейдена приблизительно того же размера, что и «Святой Иосиф» (около 21 × 18 см), написанная на доске такой же толщины и попавшая в музей одновременно с ним. По всей видимости, она также является фрагментом утраченного алтарного образа[70][К 9]. Изображённая на ней святая в богатых одеждах — предположительно Екатерина Александрийская — стоит или сидит на фоне окна, за которым виднеется пейзаж с рекой и лебедем[62][70]. Поскольку река должна располагаться на том же уровне, что и во фрагменте с Магдалиной, вероятнее всего, что святая была изображена коленопреклонённой[63][58]. Исходя из того, что центр всей композиции — фигура Мадонны с Младенцем, Уорд предполагает, что по обе стороны от неё должно было находиться равное количество персонажей[71]. На стокгольмском рисунке святая Екатерина отсутствует, однако, сопоставив все имеющиеся фрагменты, Уорд приходит к выводу, что её коленопреклонённая фигура располагалась между Иоанном Крестителем и епископом слева, отчасти перекрывая фигуру последнего[72]. В пользу этого предположения свидетельствует и небольшой красный фрагмент треугольной формы, просматривающийся у правого края: по своему расположению он соответствует складке одеяния Иоанна Крестителя (на уровне его правой руки), хорошо заметной на стокгольмском рисунке[73].

Взаимное расположение трёх сохранившихся фрагментов

Прочие части алтаря, включая многочисленные детали интерьера, утрачены безвозвратно и могут быть реконструированы лишь гипотетически, на основе параллелей и аналогий с другими работами самого художника и его современников[71]. Так, например, задаваясь вопросом, чем мог быть заполнен передний план, оставляющий слишком много «пустоты», Уорд предполагает, что у ног Марии мог лежать ковёр, скрашивающий скучное однообразие деревянных досок пола[35]. Стефани Бак не исключает, что на переднем плане мог быть изображён донатор: хотя на стокгольмском рисунке он отсутствует, логично предположить, что именно на эту отсутствующую фигуру направлены взгляды Марии и Иоанна Крестителя и что именно ей адресован благословляющий жест епископа[74]. Вместе с тем Бак считает, что приблизительность рисунка в масштабах и пропорциях вполне может сочетаться с неточностями в передаче жестов и выражений лиц персонажей: возможно, что на самом деле жест епископа обращён к зрителю, а взгляд Девы Марии устремлён к раскрытой книге, которую держит перед ней Иоанн[61]. Некоторыми исследователями предполагается, что алтарь мог представлять собой триптих: на боковых створках могли находиться изображения донаторов; возможно также, что фигура епископа не входила в композицию центральной панели, а помещалась на левой створке[57][62][75].

В предполагаемой композиции присутствует единый сквозной мотив, зримым воплощением которого является книга: помимо Магдалины, с раскрытыми книгами в руках изображены оба Иоанна. Неизвестно, что могло послужить поводом для такого иконографически необычного акцентирования образов «письменного слова»[К 10], однако возможно, что центральной темой алтаря была преемственность между Ветхим и Новым заветом: первый символически представлен фигурой Иоанна Крестителя, последнего пророка дохристовой эры, второй — фигурой Иоанна Евангелиста, тогда как Дева Мария предстаёт своего рода связующим звеном меж ними[62][76]. Божественное Слово, всевременное и непреходящее, показано одновременно в трёх своих проявлениях: оно провозвещается как пророчество Иоанном Крестителем, даруется как откровение самим Христом и благоговейно приемлется Марией Магдалиной[77].

Комментарии

[править | править код]
  1. ↑ Традиционные цвета Марии Магдалины в изобразительном искусстве — золотой, красный и зелёный; последний, ассоциируясь с весной и новой жизнью, символизирует духовное возрождение Магдалины как раскаявшейся грешницы[17].
  2. ↑ В другой работе ван дер Вейдена, на створке триптиха семьи Брак[англ.], Мария Магдалина изображена в ещё более причудливом уборе из послойно накрученных белых лент, имеющем вид тюрбана или чалмы[6].
  3. ↑ Лорн Кэмпбелл видит в ней сходство с французскими Библиями XIII века[13].
  4. ↑ Торцевые поверхности книги сверху, спереди и снизу, иногда окрашенные для украшения или защиты от загрязнений[24].
  5. ↑ По мнению Лорна Кэмпбелла, подобная «геометрическая герметичность» заставляет видеть в образе читающей Магдалины прежде всего ту Марию, которая внимала словам Иисуса, сидя у его ног; Кэмпбелл отмечает также, что использование «геометрических гармоний» в выразительных целях вообще характерно для ван дер Вейдена[26].
  6. ↑ Кэмпбелл указывает также на сходство Иоанна Крестителя, изображённого на левой створке «Алтаря Верля», с фигурой Иоанна на стокгольмском рисунке (см. раздел «Реконструкция»[⇨])[36].
  7. ↑ В источниках это утраченное произведение упоминается, соответственно, как «Дева Мария с Младенцем и святыми[англ.]»[59] или «Дева Мария с Младенцем и шестью святыми»[44].
  8. ↑ Первым эту гипотезу выдвинул Мартин Дэвис в 1957 году[60].
  9. ↑ Провенанс обоих лиссабонских фрагментов прослеживается с 1907 года, когда они были показаны на выставке искусства в Брюгге как предметы коллекции Лео Нардуса[29].
  10. ↑ Альфред Эйкрз предполагает, что заказ мог исходить от учёного лица или группы лиц[75].

Примечания

[править | править код]
  1. ↑ 1 2 3 4 Гершензон-Чегодаева, 1972, с. 113.
  2. ↑ 1 2 3 Замкова, 2007, с. 14.
  3. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 The Magdalen Reading (англ.). The National Gallery. Дата обращения: 18 апреля 2023. Архивировано 18 апреля 2023 года.
  4. ↑ 1 2 Гершензон-Чегодаева, 1972, с. 186.
  5. ↑ Власов, 2006, с. 341.
  6. ↑ 1 2 3 Маханько М. А. Мария Магдалина // Православная энциклопедия. — М., 2016. — Т. XLIII : «Максим — Маркелл I». — С. 561—569. — 752 с. — 30 000 экз. — ISBN 978-5-89572-049-3.
  7. ↑ Власов, 2006, с. 343.
  8. ↑ Холл, 1996, с. 346.
  9. ↑ 1 2 3 Campbell, Stock et al., 2009, p. 139.
  10. ↑ 1 2 Apostolos-Cappadona, 2023, p. 128.
  11. ↑ Erhardt, Morris et al., 2012, p. 25.
  12. ↑ Геташвили, 2007, с. 94.
  13. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 Campbell, 1998, p. 396.
  14. ↑ 1 2 Холландер, 2021.
  15. ↑ 1 2 3 4 5 Apostolos-Cappadona, 2023, p. 129.
  16. ↑ 1 2 3 4 5 Campbell, 1998, p. 395.
  17. ↑ Erhardt, Morris et al., 2012, p. 22.
  18. ↑ Campbell, Stock et al., 2009, p. 136.
  19. ↑ Crispin, 2011, p. 157.
  20. ↑ Campbell, Stock et al., 2009, pp. 136—137.
  21. ↑ Campbell, Stock et al., 2009, pp. 134, 136.
  22. ↑ Apostolos-Cappadona, 2023, p. 128—129.
  23. ↑ Apostolos-Cappadona, 2023, p. 127.
  24. ↑ Книговедение: энциклопедически словарь / Н. М. Сикорский (гл. ред.) и др.. — М. : Советская энциклопедия, 1982. — С. 378. — 664 с.
  25. ↑ Billinge, Campbell, 1997, p. 81.
  26. ↑ 1 2 Campbell, 1998, p. 400.
  27. ↑ Green, 2007, pp. 118—119.
  28. ↑ 1 2 Goffen, 1982, p. 44.
  29. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 Kemperdick, Sander et al, 2008, p. 334.
  30. ↑ Billinge, Campbell, 1997, p. 80.
  31. ↑ Billinge, Campbell, 1997, p. 82.
  32. ↑ Campbell, 1998, p. 402.
  33. ↑ 1 2 3 Campbell, 1998, p. 405.
  34. ↑ Davies, 1957, p. 84.
  35. ↑ 1 2 Ward, 1971, p. 35.
  36. ↑ 1 2 3 4 Campbell, Stock et al., 2009, p. 444.
  37. ↑ Maître de Flémalle (Robert Campin ?). L'Annonciation. Musées royaux des Beaux-Arts de Belgique. Дата обращения: 27 апреля 2023. Архивировано 27 апреля 2023 года.
  38. ↑ 1 2 Ward, 1971, p. 28.
  39. ↑ Kemperdick, 2012, pp. 69—70.
  40. ↑ Kemperdick, 2012, pp. 70—71.
  41. ↑ Kemperdick, 2012, p. 71.
  42. ↑ De Vos, 2000, p. 108.
  43. ↑ Charles Darwent. Rogier van der Weyden: Master of Passions, Museum Leuven, Belgium (англ.). The Independent (2009). Дата обращения: 18 апреля 2023. Архивировано 20 августа 2017 года.
  44. ↑ 1 2 3 Campbell, Stock et al., 2009, p. 441.
  45. ↑ 1 2 3 Campbell, 1998, p. 394.
  46. ↑ Borchert, 2005, p. 203.
  47. ↑ Kemperdick, Sander et al, 2008, p. 335.
  48. ↑ 1 2 3 City Museum of Brussels, 1979, p. 147.
  49. ↑ 1 2 3 Kemperdick, Sander et al, 2008, p. 336.
  50. ↑ Campbell, 1998, pp. 12, 405.
  51. ↑ Billinge, Campbell, 1997, p. 85.
  52. ↑ 1 2 3 4 5 Ward, 1971, p. 27.
  53. ↑ 1 2 Campbell, 1998, p. 403.
  54. ↑ Davies, 1957, pp. 77—78.
  55. ↑ 1 2 3 4 De Vos, 2000, p. 238.
  56. ↑ Ward, 1971, p. 31.
  57. ↑ 1 2 3 Châtelet, 1999, p. 55.
  58. ↑ 1 2 Campbell, Stock et al., 2009, p. 442.
  59. ↑ 1 2 Dunkerton et al, 1991, p. 270.
  60. ↑ 1 2 3 Campbell, Stock et al., 2009, p. 445.
  61. ↑ 1 2 3 Campbell, Stock et al., 2009, p. 449.
  62. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 Dunkerton et al, 1991, p. 272.
  63. ↑ 1 2 3 Davies, 1957, p. 82.
  64. ↑ Davies, 1957, p. 79.
  65. ↑ 1 2 3 Ward, 1971, p. 29.
  66. ↑ Campbell, Stock et al., 2009, pp. 447—448.
  67. ↑ Davies, 1957, p. 78.
  68. ↑ Ward, 1971, pp. 27, 29.
  69. ↑ Davies, 1957, pp. 87—88.
  70. ↑ 1 2 Ward, 1971, p. 32.
  71. ↑ 1 2 Ward, 1971, p. 33.
  72. ↑ Ward, 1971, pp. 32—33.
  73. ↑ Campbell, 1998, p. 398.
  74. ↑ Campbell, Stock et al., 2009, p. 448.
  75. ↑ 1 2 Acres, 2000, p. 106.
  76. ↑ Campbell, Stock et al., 2009, pp. 445, 449.
  77. ↑ Acres, 2000, pp. 85—86.

Литература

[править | править код]

Ссылки

[править | править код]
Источник — https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Читающая_Магдалина&oldid=135263096